Автор: Юлиана Миколуцкая

Минское гетто

Состояние: объект туризма

Количество убитых: Около 100 000 человек

Минск был оккупирован войсками вермахта три года — с 28 июня 1941 года по 3 июля 1944 года.

Уже через три дня, 1 июля 1941 года, оккупационная власть наложила на евреев Минска «контрибуцию», заставив сдать определённое количество денег и драгоценностей. Вскоре было приказано создать юденрат (еврейский комитет) и избрать его председателя. Председателем юденрата немцы поставили Илью Мушкина (до войны — начальник одного из минских трестов) из-за его знания немецкого языка.

19 июля 1941 года, через три недели после захвата Минска, немцы, реализуя гитлеровскую программу уничтожения евреев, приняли решение о создании гетто. В этот день в Минске состоялось совещание командующего тылом группы армий «Центр» генерала Шенкендорфа и высшего начальника СС и полиции генерального округа «Белоруссия» бригадефюрера СС Ценнера, на котором рассматривались вопросы взаимодействия по уничтожению евреев. Решение было обнародовано (расклеено на столбах) на следующий день — 20 июля 1941 года — на белорусском и немецком языках.

Распоряжение № 812 полевой комендатуры о создании гетто в г. Минске (выдержки):
«1. Начиная с даты издания этого приказа, в городе Минске будет выделена особая часть города исключительно для проживания евреев.
2. Все еврейское население города Минска обязано после оглашения этого приказа на протяжении 5 дней перебраться в еврейский район. Если кто-то из евреев после окончания этого срока будет найден не в еврейском районе, он будет арестован и строго наказан. Нееврейское население, которое живёт в границах еврейского жилого района, должно безотлагательно покинуть еврейский район.
4. Еврейский район ограничивается следующими улицами: Колхозный переулок с прилегающей Колхозной улицей, далее через реку вдоль Немигской улицы, исключая православную церковь, вдоль по Республиканской ул., Шорной ул., Коллекторной ул., Мебельному пер., Перекопской ул., Нижней ул., включая Еврейское кладбище, по Обувной ул., Второму Опанскому пер., Заславской ул. до Колхозного пер.
7. Евреям разрешено входить и выходить из еврейского района только по двум улицам: Опанского и Островского. Перелезать через стену запрещается. Немецкой охране и охране службы порядка приказано стрелять в нарушителей.»
Представителем немецкого командования в гетто с неограниченными правами был назначен патологический садист Городецкий — наполовину немец, бывший житель Ленинграда.
Юденрат, не имеющий никаких административных прав, первое время отвечал за сбор контрибуции с евреев Минска, за скрупулёзную регистрацию всех домов в гетто и каждого узника, и за соблюдение санитарии в гетто — так как немцы очень боялись эпидемий.
На перемещение евреев в гетто по плану было отведено 5 дней, однако практически осуществить переселение десятков тысяч людей за такое время оказалось невозможно, и срок был продлён до конца июля. К 1 августа 1941 года переселение евреев в гетто было завершено, туда оказались загнаны 80 000 человек. В сентябре—октябре 1941 года узников в гетто было уже около 100 000.

Структура минского гетто
Согласно архивным данным и показаниям свидетелей, в годы войны в Минске было три гетто:

1. «Большое» гетто — существовало с августа 1941 по 21—23 октября 1943 года. Территория гетто охватывала 39 улиц и переулков вокруг Юбилейной площади — в районе еврейского кладбища и Нижнего рынка. Обшая площадь 2 кмкв. Улица Республиканская (во время оккупации — Миттельштрассе, сейчас — Романовская Слобода) прорезала гетто насквозь, с обеих сторон была отгорожена от гетто колючей проволокой, и использовалась как проезжая часть для обычного транспорта. В это гетто нацисты согнали более 80 000 евреев.

Вход и выход из гетто был возможен только через две специальные проходные — на улице Опанского (нынешняя Кальварийская) и Островского (Раковская).

2. «Малое» гетто — находилось в районе радиозавода им. Молотова (теперь завода им. Ленина) с октября 1943 года до 30 июня 1944 года (по данным архива КГБ РБ).

3. «Зондергетто» (часть гетто по ул. Сухой и Обувной) — гетто для 20 000 евреев, депортированных нацистами из семи стран Западной, Центральной и Восточной Европы. Существовало с ноября 1941-го по сентябрь 1943 года.

Гетто было огорожено по периметру забором из колючей проволоки. Оно круглосуточно охранялось силами СС совместно с белорусскими и литовскими полицаями.

Всем узникам гетто под страхом смерти было приказано постоянно носить специальные опознавательные знаки — матерчатые «латы» жёлтого цвета диаметром 10 см и белые нашивки с номерами домов на груди и спине.

Немцы и полицаи безнаказанно грабили и убивали обитателей гетто.

Жизнь евреев была обложена множеством запретов, за любое нарушение которых для евреев была только одна мера наказания — расстрел. Например, запрещалось покидать гетто без разрешения, появляться без опознавательных знаков, иметь и носить меховые вещи, менять вещи на продукты у неевреев. Евреям запрещалось ходить по центральным улицам и по тротуарам — но только по мостовой, а при встрече с немцем еврей был обязан ещё за 15 метров снять головной убор. Запрещалось здороваться со знакомыми неевреями. Запрещалось заходить в сады и другие общественные места. Зимой, даже в сильные морозы, в гетто запрещалось проносить хотя бы даже щепку для отопления.

Колонна узников минского гетто на улице. 1941 год
Оккупационная власть накладывала на гетто несколько «контрибуций». Первый раз — 2 миллиона рублей, 200 килограммов серебра и 10 килограммов золота. Второй раз у евреев потребовали 50 килограммов золота и серебра, а в третий ещё больше. Грабёж в виде контрибуции проводился лично Городецким при вынужденном участии под страхом смерти еврейского комитета и еврейской полиции.

Все имевшиеся хоть сколько-нибудь ценные вещи были в короткое время обменены на продукты — вначале неевреям разрешалось привозить в гетто муку для обмена, но вскоре это запретили, и менять вещи на еду удавалось только тайком через ограждение из колючей проволоки. Рассол из селедочных бочек считался деликатесом, обычной едой были оладьи из картофельной кожуры, в пищу употреблялось сало, которое удавалось соскоблить на кожзаводе со старых шкур. Евреям из гетто, используемых на принудительных работах, один раз в день давали миску пустой баланды.

Никаких легальных путей поступления продуктов в гетто не было, и главным источником существования для евреев стали нелегальные, смертельно опасные обмены с нееврейским населением через рабочие колонны и через проволоку на границе с русским районом. Также «черный рынок» действовал и внутри гетто, причём участие в нём принимали и некоторые из немцев, имевших туда доступ. Примером обменной ценности вещей на продукты может служить такой — за буханку хлеба и 3 луковицы узники отдавали золотые часы.

На протяжении всего времени существования гетто, от момента его создания и до уничтожения, нацисты поддерживали чрезвычайно высокую плотность заселения — в одноэтажный дом на 2-3 квартиры втискивали до 100 человек, в аналогичный двухэтажный — до 300 человек, из расчёта 1,2-1,5 м² на человека без учёта детей. В одной комнате обычно ютилось минимум несколько семей.

Невыносимая скученность, голод и абсолютная антисанитария вызывали в гетто повальные болезни и эпидемии. Опасность распространения инфекций была настолько серьёзной, что в 1941 году немцы разрешили открыть на территории гетто две больницы и даже детский сиротский приют (уничтоженный в апреле 1943 года). Больница в гетто при почти полном отсутствии медикаментов и оборудования была укомплектована блистательным врачебным персоналом. Возглавил её и наладил функционирование доктор Чарно.

Источники:

/wiki/Минское_гетто